Введение
Пространство Содружества Независимых Государств давно перестало быть периферийной зоной мировой экономики, наблюдающей за глобальными процессами со стороны. За последние два-три года регион оказался в эпицентре геоэкономических сдвигов — санкционное давление на Россию, переориентация логистических коридоров, ускоренная цифровизация государственного управления и торговли изменили саму архитектуру взаимодействия постсоветских экономик с остальным миром. Глобализация здесь проявляется парадоксально: с одной стороны, углубляется интеграция в новые технологические и торговые цепочки — прежде всего азиатские, с другой — усиливается регионализация, стремление построить собственные защитные контуры внутри Евразийского экономического союза.
Актуальность обращения к этой теме в 2025–2026 годах определяется несколькими обстоятельствами. Во-первых, происходит масштабная перестройка товарных потоков: доля стран ЕС в торговле России и её партнёров по СНГ снизилась настолько, что говорить о прежней модели глобализации, ориентированной на западные рынки, уже не приходится. Во-вторых, обострилась дискуссия о технологическом суверенитете — импортозамещение программного обеспечения, микроэлектроники, оборудования для критической инфраструктуры перестало быть узкой отраслевой задачей и превратилось в вопрос национальной безопасности. В-третьих, меняются социальные структуры: миграционные потоки внутри Содружества, differentiated доступ к цифровым сервисам, разрыв в уровне жизни между странами-экспортёрами сырья и импортёрами создают новую социальную географию региона. Наконец, ЕАЭС как институт проходит проверку на прочность — насколько евразийская интеграция способна компенсировать издержки глобализации для менее крупных экономик Союза, остаётся открытым вопросом.
Степень изученности темы неоднородна. Теоретические аспекты глобализации применительно к постсоветскому пространству достаточно подробно разработаны в монографии под редакцией Е.Ф. Авдокушина и В.С. Сизова [4], где даётся системное описание форм и противоречий интеграционных процессов. Вопросы асимметрии развития экономик ЕАЭС поднимаются в работе А.А. Урунова, А.Р. Вагаповой и С.И. Шириновой [13]. Геополитическое переформатирование внешнеэкономических связей России анализирует А.Н. Спартак [12]. При этом социальные последствия глобализации — динамика качества жизни, миграционные эффекты, изменение структуры занятости — исследованы значительно менее детально, что и создаёт своеобразную лакуну, которую данная работа пытается частично закрыть.
Цель реферата — определить характер и масштаб влияния глобализации на экономические системы и социальные структуры государств СНГ в период 2025–2026 годов, а также оценить роль евразийской интеграции как компенсирующего механизма.
Для достижения цели поставлены следующие задачи:
— раскрыть теоретические основы и охарактеризовать современные тенденции глобализации применительно к региону СНГ;
— проанализировать трансформацию внешнеэкономической деятельности стран Содружества и изменение структуры товарных потоков;
— оценить влияние цифровой глобализации на технологический суверенитет государств региона;
— выявить основные направления эволюции социальных структур и изменения стандартов качества жизни населения;
— рассмотреть евразийскую интеграцию как механизм противодействия негативным эффектам глобализации;
— составить прогноз развития национальных экономик стран СНГ в условиях новой геоэкономической реальности.
Объектом исследования выступают экономические и социальные системы государств СНГ, предметом — совокупность процессов, вызванных глобализацией и её региональными модификациями в указанный период. Методологическая база работы включает сравнительный анализ статистических данных, институциональный подход при рассмотрении интеграционных механизмов, а также элементы прогнозного моделирования при оценке перспектив развития. Информационную основу составили нормативно-правовые акты Российской Федерации и ЕАЭС, монографические исследования, статьи в рецензируемых экономических изданиях за 2022–2024 годы, а также данные Межгосударственного статистического комитета СНГ.
Работа состоит из шести взаимосвязанных разделов, логика изложения которых движется от теоретического осмысления явления через анализ конкретных экономических и технологических трансформаций к социальным аспектам и, наконец, к оценке институциональных ответов и перспектив. Такая последовательность позволяет увидеть не отдельные фрагменты процесса, а его целостную динамику — от абстрактных категорий до вполне ощутимых изменений в повседневной жизни жителей постсоветских государств.
- Теоретические основы и современные тенденции глобализации в регионе СНГ на 2025–2026 годы
Глобализация как теоретическая категория пережила за последние годы заметную переоценку. Если в 1990-е и 2000-е годы доминировала оптимистичная трактовка — свободное движение капитала, товаров и технологий как безусловное благо, — то к середине 2020-х исследователи всё чаще говорят о «фрагментированной глобализации», где универсальные правила уступают место региональным блокам с собственной логикой взаимодействия. В монографии под редакцией Е.Ф. Авдокушина и В.С. Сизова эта трансформация описывается как переход от «глобализации первого поколения», построенной на доминировании западных институтов, к многополярной модели с несколькими центрами силы [4, c. 27]. Для стран СНГ подобный переход означал не просто смену торговых партнёров, но и пересмотр самой философии участия в мировой экономике.
Здесь стоит сделать оговорку: регион СНГ никогда не был однородным субъектом глобализации. Казахстан и Азербайджан интегрировались в мировые энергетические рынки, Узбекистан и Таджикистан — в трудовые миграционные потоки, Беларусь и Армения оказались зажаты между западными санкционными режимами и российским рынком. Эта разнородность объясняет, почему теоретические модели глобализации, разработанные для развитых экономик, применимы к постсоветскому пространству лишь частично
…
