Введение
Роман Гюстава Флобера «Госпожа Бовари», опубликованный в 1857 году, давно превратился из частного литературного факта в своего рода культурный код: имя его героини стало нарицательным для описания определенного типа женского сознания, а сам текст – почти обязательным пунктом в истории европейского романа. Парадокс, однако, в том, что книга, вызвавшая в свое время судебный процесс против автора и журнала «Revue de Paris», сегодня воспринимается как образец сдержанного, почти холодного письма. Чем объясняется этот разрыв между скандальной репутацией текста и его нынешним статусом хрестоматийного образца реализма, отчасти проясняется через обращение к методу Флобера и к устройству созданного им художественного мира.
Обращение к теме провинциальной Франции XIX века через призму романа Флобера не теряет исследовательской актуальности и сегодня, спустя более полутора столетий после публикации. Нормандская провинция, изображенная писателем в Тосте и Ионвиле, остается одним из самых устойчивых литературных образов французского быта позапрошлого столетия; к ней обращаются и современные филологи при разработке вопросов нарратологии, и историки повседневности при реконструкции провинциального уклада эпохи Второй империи. Литвиненко [8, с. 32] отмечает, что роман Флобера до сих пор провоцирует новые прочтения именно потому, что соединяет документальную точность бытописания с принципиально новой техникой повествования. Эта двойственность – одновременно этнографическая достоверность и формальный эксперимент – делает текст удобным материалом для изучения того, как складывался реализм как литературный метод и как в его границах решалась задача изображения пространства и времени провинциальной жизни.
Цель работы – проанализировать особенности реалистического метода Гюстава Флобера на материале романа «Госпожа Бовари» и рассмотреть провинцию как художественный хронотоп, организующий повествовательную структуру произведения.
Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи:
– охарактеризовать своеобразие реализма в творчестве Флобера на фоне литературного процесса середины XIX века;
– выявить предпосылки и теоретические основания реалистического метода писателя;
– определить особенности выражения позиции повествователя в романе «Госпожа Бовари»;
– раскрыть категории художественного времени и пространства и обосновать трактовку провинции как самостоятельного хронотопа произведения.
Объектом изучения выступает роман Гюстава Флобера «Госпожа Бовари» в переводе Н.М. Любимова [6]. Предметом – особенности реалистического метода писателя и способы художественного освоения провинциального пространства и времени.
Методологическую базу работы составили историко-литературный и структурно-типологический подходы, а также элементы нарратологического анализа. Теоретическим основанием послужили работы Б.Г. Реизова [5], посвященные творчеству Флобера в целом, исследования С.Н. Зенкина [4] по истории французской литературы, концепция хронотопа М.М. Бахтина [3], а также работы В.М. Толмачёва [11; 12], Н.А. Литвиненко [7; 8], Н.И. Николаева [9], С.А. Пушминой [10] и С.А. Шульца [13], посвященные отдельным аспектам поэтики романа «Госпожа Бовари».
Структура реферата определяется логикой поставленных задач. Первая глава посвящена реализму как литературному методу и его реализации в творчестве Флобера, вторая – непосредственно роману «Госпожа Бовари», анализу позиции повествователя и категорий художественного времени и пространства. Работа завершается заключением, в котором сформулированы итоговые положения по каждой из задач, и списком использованной литературы.
- Реализм в литературе XIX века
1.1. Реализм в творчестве Г. Флобера
Французский реализм середины XIX века формировался как реакция на романтическую традицию, исчерпавшую к 1850-м годам свой эстетический потенциал: лирическая патетика Виктора Гюго и исповедальная экзальтация позднего романтизма все чаще воспринимались новым поколением писателей как условность, требующая преодоления. Флобер в этом процессе занимает особое место – не потому, что первым заявил о принципах объективного письма (эта роль обычно отводится Бальзаку и Стендалю), а потому, что довел принцип авторской безличности до технического совершенства, недостижимого для предшественников. Реизов [5, с. 118] справедливо указывает, что Флобер превратил требование объективности из декларации в рабочий метод, подчиненный строгой писательской дисциплине: переписывание отдельных страниц десятки раз, многолетний труд над относительно небольшим по объему текстом, постоянная охота за «mot juste» – точным словом.
Любопытно, что сам Флобер формулировал свою эстетическую программу в письмах гораздо резче, чем это принято считать п
…
