Введение
Административная юрисдикция в России давно перестала быть монополией исполнительной власти. Еще в середине 1990-х годов большинство дел об административных правонарушениях рассматривалось должностными лицами органов внутренних дел, санитарного надзора, пожарной охраны и иных ведомств. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30.12.2001 № 195-ФЗ изменил эту картину: сегодня значительная часть составов, перечисленных в особенной части Кодекса, отнесена к исключительной компетенции судей [1]. Цифра показательна сама по себе – по статье 23.1 КоАП РФ к подведомственности судей отнесено свыше 140 составов правонарушений, причем перечень постоянно расширяется за счет новых редакций Кодекса.
Почему именно судья, а не должностное лицо исполнительного органа, оказался ключевой фигурой в применении мер административного принуждения по наиболее значимым категориям дел? Ответ лежит в самой природе гарантий, которые судебная процедура предоставляет лицу, привлекаемому к ответственности. Там, где санкция существенно ограничивает права гражданина – административный арест, дисквалификация, приостановление деятельности, – законодатель счел необходимым передать решение вопроса органу, не связанному ведомственной заинтересованностью. Это решение выглядит логичным, но порождает и ряд теоретических сложностей: судья, оставаясь органом правосудия по своей конституционной природе, вынужден действовать в рамках административно-процессуальной формы, которая исторически формировалась для несудебных органов. Насколько органично такое совмещение функций – вопрос, который занимает не одно поколение административистов, включая Ю.Н. Старилова [6] и Б.В. Россинского [5].
Актуальность обращения к данной теме обусловлена сразу несколькими обстоятельствами. Во-первых, объем дел об административных правонарушениях, рассматриваемых судьями судов общей юрисдикции и мировыми судьями, продолжает расти: по отдельным категориям – нарушения правил дорожного движения, правонарушения в сфере миграционного законодательства – нагрузка на мировых судей в ряде регионов превышает несколько сотен дел в месяц на одного судью. Во-вторых, принятие Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации от 08.03.2015 № 21-ФЗ окончательно развело два смежных, но не тождественных института – административное судопроизводство по публично-правовым спорам и производство по делам об административных правонарушениях, что породило споры о границах судейской административной юрисдикции [2]. В-третьих, дискуссия о создании специализированных административных судов, начатая еще в конце 1990-х годов трудами Ю.Н. Старилова [6], далека от завершения и сегодня приобретает новое звучание в контексте цифровизации судопроизводства и роста числа обращений граждан.
Отдельного внимания заслуживает процессуальный статус судьи как субъекта административной юрисдикции – он качественно отличается от статуса судьи в гражданском или уголовном процессе. В.И. Ковшевацкий и Э.В. Маркина отмечают, что судья при рассмотрении дел об административных правонарушениях совмещает функции органа правосудия и, по сути, контролера законности действий административных органов, составивших протокол [8]. Такое совмещение функций заслуживает отдельного теоретического осмысления, поскольку оно напрямую влияет на объем процессуальных гарантий лица, привлекаемого к ответственности, и на пределы судейского усмотрения.
Целью настоящего реферата является комплексное исследование правового статуса судей как субъектов административной юрисдикции, особенностей нормативного регулирования их полномочий и порядка реализации этих полномочий на различных стадиях производства по делам об административных правонарушениях.
Для достижения поставленной цели сформулированы следующие задачи:
– раскрыть теоретико-правовые основы административной юрисдикции применительно к деятельности судей;
– проанализировать нормативное регулирование полномочий судей по рассмотрению дел об административных правонарушениях;
– охарактеризовать виды судебных органов, осуществляющих административно-юрисдикционную деятельность, и выявить специфику их компетенции;
– исследовать процессуальный порядок реализации судейской юрисдикции на различных стадиях административного процесса;
– определить особенности принятия и обжалования судебных постановлений по административным делам;
– выявить проблемы функционирования института судебной административной юрисдикции и обозначить перспективы его развития.
Объектом исследования выступают общественные отношения, складывающиеся в процессе осуществления судьями административно-юрисдикционных полномочий. Предметом – нормы административного и административно-процессуального законодательства, регламентирующие статус судьи как субъекта административной юрисдикции, а также доктринальные позиции по вопросам применения указанных норм.
Методологическую основу составили формально-юридический метод, позволивший раскрыть содержание норм КоАП РФ и КАС РФ; сравнительно-правовой метод, примененный при сопоставлении компетенции различных звеньев судебной системы; а также системный анализ, обеспечивший рассмотрение судебной административной юрисдикции как элемента более широкой системы административной юстиции.
Структура работы определена логикой поставленных задач и включает шесть параграфов, последовательно раскрывающих теоретические, нормативные, компетенционные, процессуальные и проблемные аспекты темы.
- Теоретико-правовые основы административной юрисдикции в деятельности судей
Административная юрисдикция в отечественной доктрине традиционно определяется как деятельность компетентных органов и должностных лиц по рассмотрению дел об административных правонарушениях и применению мер административного принуждения. Е.С. Соколов и И.Ю. Пекер предлагают рассматривать субъектов административной юрисдикции через призму трех признаков: наличие властных полномочий, закрепленная законом компетенция и процессуальная форма деятельности [12, с. 255]. Применитель
…
